Cлово "ГОЛОВА"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ГОЛОВУ, ГОЛОВЕ, ГОЛОВЫ, ГОЛОВОЙ

1. Ю.В. Лебедев. Тургенев (часть 28). Возвращение
Входимость: 30.
2. Конец Чертопханова. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 26.
3. Фауст
Входимость: 23.
4. Несчастная (глава 17)
Входимость: 21.
5. Дворянское гнездо (главы 36-40)
Входимость: 21.
6. Песнь торжествующей любви
Входимость: 21.
7. Дневник лишнего человека (страница 2)
Входимость: 20.
8. Муму
Входимость: 20.
9. Дворянское гнездо (приложения: страница 4)
Входимость: 19.
10. Гамлет Щигровского уезда. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 19.
11. Часы (главы 17-24)
Входимость: 18.
12. Жид
Входимость: 17.
13. Стучит! (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 17.
14. Новь (главы 20-21)
Входимость: 17.
15. Дым (главы 13-15)
Входимость: 17.
16. Отцы и дети (главы 22-24)
Входимость: 17.
17. Накануне
Входимость: 16.
18. Дворянское гнездо (главы 31-35)
Входимость: 16.
19. Накануне (главы 16-20)
Входимость: 16.
20. Чертопханов и Недопюскин. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 16.
21. Накануне (главы 21-25)
Входимость: 16.
22. Петушков (главы 5-7)
Входимость: 15.
23. Отцы и дети (главы 20-21)
Входимость: 15.
24. Новь
Входимость: 15.
25. Яков Пасынков
Входимость: 15.
26. Новь (главы 30-32)
Входимость: 15.
27. Бежин луг. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 15.
28. Где тонко, там и рвется
Входимость: 15.
29. Накануне (главы 26-30)
Входимость: 15.
30. Первая любовь (главы 6-10)
Входимость: 15.
31. Контора. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 15.
32. Накануне (главы 11-15)
Входимость: 15.
33. Дворянское гнездо (главы 16-20)
Входимость: 14.
34. Дым (главы 4-6)
Входимость: 14.
35. Степной король Лир (главы 19-24)
Входимость: 14.
36. Несчастная (главы 18-24)
Входимость: 14.
37. Дым (главы 25-28)
Входимость: 14.
38. Вешние воды (главы 23-26)
Входимость: 14.
39. Холостяк (действие третье)
Входимость: 14.
40. После смерти (Клара Милич). (главы 14-18)
Входимость: 13.
41. Отцы и дети (главы 17-19)
Входимость: 13.
42. Бретер
Входимость: 13.
43. Дым (главы 16-18)
Входимость: 13.
44. Дворянское гнездо (главы 41-45, эпилог)
Входимость: 13.
45. Накануне (главы 31-35)
Входимость: 13.
46. Вешние воды (главы 38-40)
Входимость: 13.
47. Степной король Лир (главы 25-31)
Входимость: 12.
48. Первая любовь (главы 17-22)
Входимость: 12.
49. Дворянское гнездо (главы 6-10)
Входимость: 12.
50. Однодворец Овсянников. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 12.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Ю.В. Лебедев. Тургенев (часть 28). Возвращение
Входимость: 30. Размер: 132кб.
Часть текста: кипящей молодостью", оказала ему в Петербурге такой восторженный прием, что он растерялся от неожиданности: "Что касается меня, - писал Тургенев Полине Виардо, - то должен сознаться, что никогда еще я не был предметом таких - простите мне это слово! - оваций ... У меня было такое ощущение, словно крупный грозовой дождь, быстрый и сильный, льется мне на голые плечи. Я читал отрывок из "Записок охотника" под названием "Бурмистр"; мне кажется, я прочел довольно хорошо, напряжение моих нерв ослабло за время всего этого шума, и я был спокоен, притом публика была так благожелательна". В обществе русских людей в Париже в 1874 году Тургенев с радостной улыбкой рассказывал об одном случившемся с ним "приключении": - По дороге из деревни в Москву, на одной маленькой станции, вышел я на платформу. Вдруг подходят ко мне двое молодых людей: по костюму и по манерам вроде мещан ли, мастеровых ли, "Позвольте узнать, - спрашивает один из них, - вы будете Иван Сергеевич Тургенев?" - "Я". - "Тот самый, что написал "Записки охотника"?" - "Тот самый..." Они оба сняли шапки и поклонились мне в пояс. "Кланяемся вам, - сказал все тот же, - в знак уважения и благодарности от лица русского народа". Другой только молча еще поклонился. Тут позвонили. Мне бы догадаться сесть с ними в...
2. Конец Чертопханова. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 26. Размер: 66кб.
Часть текста: для него самое чувствительное: Маша рассталась с ним. Что заставило ее покинуть его кров, с которым она, казалось, так хорошо свыклась, - сказать трудно. Чертопханов до конца дней своих держался того убеждения, что виною Машиной измены был некий молодой сосед, отставной уланский ротмистр, по прозвищу Яфф, который, по словам Пантелея Еремеича, только тем и брал, что беспрерывно крутил усы, чрезвычайно сильно помадился и значительно хмыкал; но, полагать надо, тут скорее воздействовала бродячая цыганская кровь, которая текла в жилах Маши. Как бы то ни было, только в один прекрасный летний вечер Маша, завязав кое-какие тряпки в небольшой узелок, отправилась вон из чертопхановского дома. Она перед тем просидела дня три в уголку, скорчившись и прижавшись к стенке, как раненая лисица, - и хоть бы слово кому промолвила - все только глазами поводила, да задумывалась, да подрыгивала бровями, да слегка зубы скалила, да руками перебирала, словно куталась. Этакой "стих" и прежде на нее находил, но никогда долго не продолжался; Чертопханов это знал, - а потому и сам не беспокоился и ее не беспокоил. Но когда, вернувшись с псарного двора, где, по словам его доезжачего, последние две гончие "окочурились", он встретил служанку, которая трепетным голосом доложила ему, что Мария, мол, Акинфиевна велели им кланяться, велели сказать, что желают им всего хорошего, а уж больше к ним не вернутся, - Чертопханов, покружившись раза ...
3. Фауст
Входимость: 23. Размер: 83кб.
Часть текста: в девяти письмах Entbehren sollst du, sollst entbehren. {Отречься <от своих желаний> должен ты, отречься (нем.).} ПИСЬМО ПЕРВОЕ От Павла Александровича В... к Семену Николаевичу В... Сельцо М...ое, 6 июня 1850. Четвертого дня прибыл я сюда, любезный друг, и, по обещанию, берусь за перо и пишу к тебе. Мелкий дождь сеет с утра: выйти невозможно; да и мне же хочется поболтать с тобой. Вот я опять в своем старом гнезде, в котором не был - страшно вымолвить - целых девять лет. Чего, чего не перебывало в эти девять лет! Право, как подумаешь, я точно другой человек стал. Да и в самом деле другой: помнишь ты в гостиной маленькое, темненькое зеркальце моей прабабушки, с такими странными завитушками по углам, - ты все, бывало, раздумывал о том, что оно видело сто лет тому назад, - я, как только приехал, подошел к нему и невольно смутился. Я вдруг увидел, как я постарел и переменился в последнее время. Впрочем, не я один постарел. Домишко мой, уже давно ветхий, теперь чуть держится, весь покривился, врос в землю. Добрая моя Васильевна, ключница (ты ее, наверно, не забыл: она тебя таким славным вареньем потчевала), совсем высохла и сгорбилась; увидав меня, она даже вскрикнуть не могла и не заплакала, а только заохала и раскашлялась, села в изнеможении на стул и замахала рукою. Старик Терентий еще бодрится, по-прежнему держится прямо и на ходу выворачивает ноги, вдетые в те же самые желтые нанковые панталошки и обутые в те же самые скрыпучие козловые башмаки, с высоким подъемом и бантиками, от которых ты не однажды приходил в умиление... Но, боже мой! - как болтаются теперь эти панталошки на его худеньких ногах! как волосы у него побелели! и лицо совсем съежилось в кулачок; а когда он заговорил со мной, когда он начал распоряжаться и...
4. Несчастная (глава 17)
Входимость: 21. Размер: 63кб.
Часть текста: барышней. Я обедаю за господским столом вместе с матушкой. Г-н Колтовской - высокий, видный старик с величавою осанкой; от него всегда пахнет амброй. Я боюсь его до смерти, хоть он зовет меня Suzon и дает мне целовать, сквозь кружевную манжетку, свою сухую жилистую руку. С матушкой он изысканно вежлив, но беседует и с нею мало: скажет ей два-три благосклонные слова, на которые она тотчас торопливо ответит,- скажет и умолкнет, и сидит, с важностью озираясь кругом и медленно перебирая щепотку испанского табаку в золотой круглой табатерке с вензелем императрицы Екатерины. Девятый год моего возраста остался мне навсегда памятным... Я узнала тогда, через горничных в девичьей, что Иван Матвеич Колтовской мне отец, и почти в тот же день мать моя, по его приказанию, вышла замуж за г. Ратча, который состоял у него чем-то вроде управляющего. Я никак не могла понять, как это возможно, я недоумевала, я чуть не заболела, моя голова изнемогала, ум становился в тупик. "Правда ли, правда ли, мама,- спросила я ее,- этот бука пахучий (так я звала Ивана Матвеича) мой папа?" Матушка испугалась чрезвычайно, зажала мне рот... "Никогда, никому не говори об этом, слышишь, Сусанна, слышишь - ни слова!.."-твердила она трепетным голосом, крепко прижимая мою голову к своей груди... И я точно никому об этом не говорила... Это приказание моей матери я поняла... Я поняла, что я должна была молчать, что моя мать у меня прощения просила! Несчастье мое началось тогда же. Г-н Ратч не любил моей матери, и она его не любила. Он женился на ней из-за денег, а она должна была повиноваться. Г-н Колтовской, вероятно, нашел, что таким образом все устроилось к лучшему - "la position etait regularisee" '. Помню, накануне свадьбы - мать моя и я - мы обе, обнявшись, проплакали почти...
5. Дворянское гнездо (главы 36-40)
Входимость: 21. Размер: 46кб.
Часть текста: У Калитиных Лаврецкого не приняли - в первый раз с тех пор, как он с ними познакомился. Марья Дмитриевна "почивали", - так доложил лакей; у "них" голова болела. Марфы Тимофеевны и Лизаветы Михайловны не было дома. Лаврецкий походил около сада в смутной надежде встретиться с Лизой, но не увидал никого. Он вернулся через два часа и получил тот же ответ, причем лакей как-то косо посмотрел на него. Лаврецкому показалось неприличным наведываться в тот же день в третий раз - и он решился съездить в Васильевское, где у него без того были дела. На дороге он строил различные планы, один прекраснее другого; но в сельце его тетки на него напала грусть; он вступил в разговор с Антоном; у старика, как нарочно, все невеселые мысли на уме были. Он рассказал Лаврецкому, как Глафира Петровна перед смертью сама себя за руку укусила, - и, помолчав, сказал со вздохом: "Всяк человек, барин-батюшка, сам себе на съедение предан". Было уже поздно, когда Лаврецкий пустился в обратный путь. Вчерашние звуки охватили его, образ Лизы восстал в его душе во всей своей кроткой ясности; он умилился при мысли, что она его любит, - и подъехал к своему городскому домику успокоенный и счастливый. Первое, что поразило его при входе в переднюю, был запах пачули, весьма ему противный; тут же стояли какие-то высокие сундуки и баулы. Лицо выскочившего к нему навстречу камердинера показалось ему странным. Не отдавая себе отчета в своих впечатлениях, переступил он...

© 2000- NIV