Cлово "ГЛАЗА, ГЛАЗ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ГЛАЗАМИ, ГЛАЗАХ, ГЛАЗАМ

1. Фауст
Входимость: 34.
2. Конец Чертопханова. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 28.
3. Несчастная (глава 17)
Входимость: 27.
4. Фокин П.: Тургенев без глянца (ознакомительный фрагмент). Облик
Входимость: 24.
5. Дворянское гнездо (главы 36-40)
Входимость: 23.
6. Жид
Входимость: 20.
7. Дым (главы 16-18)
Входимость: 20.
8. Ю.В. Лебедев. Тургенев (часть 28). Возвращение
Входимость: 19.
9. Песнь торжествующей любви
Входимость: 18.
10. Первая любовь (главы 11-16)
Входимость: 18.
11. Отцы и дети (главы 5-8)
Входимость: 18.
12. Муму
Входимость: 18.
13. Дворянское гнездо (главы 41-45, эпилог)
Входимость: 18.
14. Первая любовь (главы 6-10)
Входимость: 17.
15. Новь (главы 11-13)
Входимость: 16.
16. Певцы. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 16.
17. Где тонко, там и рвется
Входимость: 16.
18. Отцы и дети (главы 17-19)
Входимость: 16.
19. Дым (главы 13-15)
Входимость: 16.
20. Отцы и дети (главы 22-24)
Входимость: 16.
21. Отцы и дети (главы 13-16)
Входимость: 16.
22. Накануне (главы 11-15)
Входимость: 16.
23. Накануне
Входимость: 15.
24. Накануне (главы 16-20)
Входимость: 15.
25. Яков Пасынков
Входимость: 15.
26. Несчастная
Входимость: 15.
27. Дворянское гнездо (приложения: страница 2)
Входимость: 15.
28. Дворянское гнездо (приложения: страница 4)
Входимость: 15.
29. Новь (главы 23-25)
Входимость: 15.
30. Дым (главы 19-21)
Входимость: 15.
31. Свидание. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 15.
32. Накануне (главы 31-35)
Входимость: 15.
33. Вешние воды (главы 7-13)
Входимость: 14.
34. После смерти (Клара Милич)
Входимость: 14.
35. Часы (главы 9-16)
Входимость: 14.
36. Степной король Лир (главы 8-13)
Входимость: 14.
37. Вешние воды (главы 41-44)
Входимость: 14.
38. Ю.В. Лебедев. Тургенев (часть 4). Годы учения
Входимость: 14.
39. Гамлет Щигровского уезда. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 14.
40. Дневник лишнего человека (страница 2)
Входимость: 14.
41. Ася (главы 8-14)
Входимость: 14.
42. Вешние воды (главы 38-40)
Входимость: 14.
43. Отцы и дети (главы 20-21)
Входимость: 13.
44. После смерти (Клара Милич). (главы 14-18)
Входимость: 13.
45. Первая любовь
Входимость: 13.
46. Чертопханов и Недопюскин. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 13.
47. Новь (главы 4-6)
Входимость: 13.
48. Новь (главы 30-32)
Входимость: 13.
49. Бежин луг. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 13.
50. Дым (главы 4-6)
Входимость: 13.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Фауст
Входимость: 34. Размер: 83кб.
Часть текста: приехал, подошел к нему и невольно смутился. Я вдруг увидел, как я постарел и переменился в последнее время. Впрочем, не я один постарел. Домишко мой, уже давно ветхий, теперь чуть держится, весь покривился, врос в землю. Добрая моя Васильевна, ключница (ты ее, наверно, не забыл: она тебя таким славным вареньем потчевала), совсем высохла и сгорбилась; увидав меня, она даже вскрикнуть не могла и не заплакала, а только заохала и раскашлялась, села в изнеможении на стул и замахала рукою. Старик Терентий еще бодрится, по-прежнему держится прямо и на ходу выворачивает ноги, вдетые в те же самые желтые нанковые панталошки и обутые в те же самые скрыпучие козловые башмаки, с высоким подъемом и бантиками, от которых ты не однажды приходил в умиление... Но, боже мой! - как болтаются теперь эти панталошки на его худеньких ногах! как волосы у него побелели! и лицо совсем съежилось в кулачок; а когда он заговорил со мной, когда он начал распоряжаться и отдавать приказания в соседней комнате, мне и смешно и жалко его стало. Все зубы у него пропали, и он шамкает с присвистом и шипеньем. Зато сад удивительно похорошел: скромные кустики сирени, акации, жимолости (помнишь, мы их с тобой сажали) разрослись в великолепные сплошные кусты; березы, клены - все это вытянулось и раскинулось; липовые аллеи особенно хороши стали. Люблю я эти аллеи, люблю серо-зеленый нежный цвет и тонкий запах воздуха под их сводами; люблю пестреющую сетку светлых кружков по темной земле - песку у меня, ты знаешь, нету. Мой любимый дубок стал уже молодым дубом. Вчера, среди дня, я более часа сидел в его тени на скамейке. Мне очень хорошо было. Кругом трава так весело цвела; на всем лежал золотой свет, сильный и мягкий; даже в тень проникал он... А что слышалось птиц! Ты, я надеюсь, не забыл, что птицы - моя страсть. Горлинки немолчно ворковали, изредка свистала...
2. Конец Чертопханова. (из цикла "Записки охотника")
Входимость: 28. Размер: 66кб.
Часть текста: крутил усы, чрезвычайно сильно помадился и значительно хмыкал; но, полагать надо, тут скорее воздействовала бродячая цыганская кровь, которая текла в жилах Маши. Как бы то ни было, только в один прекрасный летний вечер Маша, завязав кое-какие тряпки в небольшой узелок, отправилась вон из чертопхановского дома. Она перед тем просидела дня три в уголку, скорчившись и прижавшись к стенке, как раненая лисица, - и хоть бы слово кому промолвила - все только глазами поводила, да задумывалась, да подрыгивала бровями, да слегка зубы скалила, да руками перебирала, словно куталась. Этакой "стих" и прежде на нее находил, но никогда долго не продолжался; Чертопханов это знал, - а потому и сам не беспокоился и ее не беспокоил. Но когда, вернувшись с псарного двора, где, по словам его доезжачего, последние две гончие "окочурились", он встретил служанку, которая трепетным голосом доложила ему, что Мария, мол, Акинфиевна велели им кланяться, велели сказать, что желают им всего хорошего, а уж больше к ним не вернутся, - Чертопханов, покружившись раза два на месте и издав хриплое рычание, тотчас бросился вслед за беглянкой - да кстати захватил с собой пистолет. Он нагнал ее в двух верстах от своего дома, возле березовой рощицы, на большой дороге в уездный город. Солнце стояло низко над небосклоном - и все кругом внезапно побагровело: деревья, травы и земля. - К Яффу! к Яффу! - простонал Чертопханов, как только завидел Машу, - к Яффу! - повторил он, подбегая к ней и чуть не спотыкаясь на каждом шаге. Маша остановилась и обернулась к нему лицом. Она стояла спиною к свету - и казалась вся черная, словно из темного дерева вырезанная. Одни белки глаз выделялись серебряными миндалинами, а сами глаза - зрачки - еще более потемнели. Она бросила свой узелок в сторону и скрестила руки. - К Яффу отправилась, негодница! - повторил Чертопханов и хотел было схватить ее за плечо, но, встреченный ее взглядом, опешил и замялся на месте. - Не к господину Яффу я пошла, Пантелей...
3. Несчастная (глава 17)
Входимость: 27. Размер: 63кб.
Часть текста: - высокий, видный старик с величавою осанкой; от него всегда пахнет амброй. Я боюсь его до смерти, хоть он зовет меня Suzon и дает мне целовать, сквозь кружевную манжетку, свою сухую жилистую руку. С матушкой он изысканно вежлив, но беседует и с нею мало: скажет ей два-три благосклонные слова, на которые она тотчас торопливо ответит,- скажет и умолкнет, и сидит, с важностью озираясь кругом и медленно перебирая щепотку испанского табаку в золотой круглой табатерке с вензелем императрицы Екатерины. Девятый год моего возраста остался мне навсегда памятным... Я узнала тогда, через горничных в девичьей, что Иван Матвеич Колтовской мне отец, и почти в тот же день мать моя, по его приказанию, вышла замуж за г. Ратча, который состоял у него чем-то вроде управляющего. Я никак не могла понять, как это возможно, я недоумевала, я чуть не заболела, моя голова изнемогала, ум становился в тупик. "Правда ли, правда ли, мама,- спросила я ее,- этот бука пахучий (так я звала Ивана Матвеича) мой папа?" Матушка испугалась чрезвычайно, зажала мне рот... "Никогда, никому не говори об этом, слышишь, Сусанна, слышишь - ни слова!.."-твердила она трепетным голосом, крепко прижимая мою голову к своей груди... И я точно никому об этом не говорила... Это приказание моей матери я поняла... Я поняла, что я должна была молчать, что моя мать у меня прощения просила! Несчастье мое началось тогда же. Г-н Ратч не любил моей матери, и она его не любила. Он женился на ней из-за денег, а она должна была повиноваться. Г-н Колтовской, вероятно, нашел, что таким образом все устроилось к лучшему - "la position etait regularisee" '. Помню, накануне свадьбы - мать моя и я - мы обе, обнявшись, проплакали почти целое утро - горько, горько и молча. Не диво, что она молчала... Что могла она сказать мне? Но что я ее не расспрашивала - это доказывает только то, что...
4. Фокин П.: Тургенев без глянца (ознакомительный фрагмент). Облик
Входимость: 24. Размер: 16кб.
Часть текста: Тургенева: На одном из балов у губернского предводителя дворянства, Н. А. Небольсина, вижу, что Николай Тургенев пробирается через толпу ко мне, [ведя] с собою высокого, широкоплечего юношу: лицо его полное, красноватое, волосы черные, курчавые (вероятно, завитые по тогдашней моде), глаза смотрят несколько презрительно. – Позвольте представить вам моего брата, – сказал Николай Тургенев, подходя ко мне. Афанасий Афанасьевич Фет (1820–1892), поэт: В комнату вошел высокого роста молодой человек, темнорусый, в модной тогда «листовской» прическе и в черном, доверху застегнутом, сюртуке. Иван Иванович Панаев (1812–1862), писатель, журналист, мемуарист, соредактор журнала «Современник» (1847–1862): Я встречал, еще до моего знакомства с ним, довольно часто на Невском проспекте очень красивого и видного молодого человека с лорнетом в глазу, с джентльменскими манерами, слегка отзывавшимися фатовством. Я думал, что это какой-нибудь богатый и светский юноша, и был очень удивлен, когда узнал, что это – Тургенев. Людвиг Пич (1824–1911), немецкий литератор, критик,...
5. Дворянское гнездо (главы 36-40)
Входимость: 23. Размер: 46кб.
Часть текста: сада в смутной надежде встретиться с Лизой, но не увидал никого. Он вернулся через два часа и получил тот же ответ, причем лакей как-то косо посмотрел на него. Лаврецкому показалось неприличным наведываться в тот же день в третий раз - и он решился съездить в Васильевское, где у него без того были дела. На дороге он строил различные планы, один прекраснее другого; но в сельце его тетки на него напала грусть; он вступил в разговор с Антоном; у старика, как нарочно, все невеселые мысли на уме были. Он рассказал Лаврецкому, как Глафира Петровна перед смертью сама себя за руку укусила, - и, помолчав, сказал со вздохом: "Всяк человек, барин-батюшка, сам себе на съедение предан". Было уже поздно, когда Лаврецкий пустился в обратный путь. Вчерашние звуки охватили его, образ Лизы восстал в его душе во всей своей кроткой ясности; он умилился при мысли, что она его любит, - и подъехал к своему городскому домику успокоенный и счастливый. Первое, что поразило его при входе в переднюю, был запах пачули, весьма ему противный; тут же стояли какие-то высокие сундуки и баулы. Лицо выскочившего к нему навстречу камердинера показалось ему странным. Не отдавая себе отчета в своих впечатлениях, переступил он порог гостиной... Ему навстречу с дивана поднялась дама в черном шелковом платье с воланами и, поднеся батистовый платок к бледному лицу, переступила несколько шагов, склонила тщательно расчесанную душистую голову - и упала к его ногам... Тут только он узнал ее: эта дама была его жена. Дыхание у него захватило... Он прислонился к стене. - Теодор, не прогоняйте меня! - сказала она по-французски, и голос ее как ножом резанул его по сердцу. Он глядел на нее бессмысленно и, однако, тотчас же невольно заметил, что она и побелела и отекла. - Теодор! - продолжала она, изредка вскидывая глазами и осторожно ломая свои удивительно...

© 2000- NIV